Как арестовывали группу «Браво»

    Как арестовывали группу «Браво»

    Сегодня группе «Браво» удается избегать попадания во всевозможные чёрные списки. Но когда-то коллектив прошел через аресты, обыски, допросы. Тогда «Браво» спасла перестройка.

    Агузарова – дочь шведского дипломата и будущий врач

     qkxiqdxiqzriddratf

    Этот снимок сделан 18 марта 1984 года на сцене Дома культуры «Мосэнерготехпрома» в московском районе Бескудниково. Во время концерта группы «Браво» в здание ворвались милиционеры и начали арестовывать музыкантов и зрителей. К тому времени группа «Браво» не была широко известной, но уже имела успех в полуподпольных кругах. Первое 20-минутное выступление коллектива случилось осенью 1983 года на свадьбе у руководителя «Браво» Евгения Хавтана. Уже в декабре состоялся большой концерт на дискотеке в Крылатском. А в январе 1984-го ансамбль выступил в московской школе No30, где когда-то учились многие «неправильные» музыканты, например Пётр Мамонов. Получается, концерт в Бескудниково был по счету четвертым в истории группы.

    Вообще, в тот день было запланировано два концерта «Браво». Билеты на них распространялись только по знакомым. Предполагалось, что музыкальный критик Артемий Троицкий* представит группу на сцене. Но накануне он сказался больным.

    – Артемий нас отговаривал от этого выступления, – вспоминает Евгений Хавтан. – После того как он объявил, что заболел, у меня было предчувствие чего-то нехорошего. Но все же я решил выступать. Вообще, не думаю, что мы были кому-то неугодны. Просто по сути своей мы уже были протестом. Потому что нужно было «литовать» выступления, то есть получать официальное разрешение, а мы вызывающе этого не делали. И это, естественно, раздражало различные обкомы, комсомольское руководство.

    Поскольку тогда концертная программа «Браво» была ещё небольшой, решили её дополнить: в начале концерта показали короткометражные фильмы «Иванов» из жизни группы «Аквариум» и «Шесть писем о бите», где юный Андрей Макаревич* рассуждает о современной музыке. И после показа под восторженные аплодисменты зрителей, которых набралось вдвое больше, чем мог вместить зал, появились музыканты «Браво» во главе с солисткой Жанной Агузаровой. Надо заметить, что тогда никто из «бравистов» не знал, что девушку так зовут. Когда она, узнав, что в «Браво» ищут солиста, позвонила Хавтану и предложила встретиться, то назвалась некой Ивонной Андерс. Дескать, она – дочь шведского дипломата и учится в медицинском институте.

    – Когда на нашей студийной базе она взяла микрофон и запела, я ощутил, что такого удовольствия от женского голоса я не испытывал никогда. Я понял, что из этого точно что-то должно получиться, такие встречи просто так не случаются, – вспоминает Хавтан. Мало того что девушка хорошо пела, так ещё и сама сочиняла стихи на музыку Хавтана. Например, на ходу придумала песню про желтые ботинки, которые «шагают быстро по асфальту». В коллективе её сразу стали называть Иванна.

    Сработал план «Концерт»

    Когда отыграли почти весь концерт, на последней песне «Белый день» («Верю я, ночь пройдёт, сгинет страх…») на сцену выскочил человек в штатском и прокричал: «Всем оставаться на своих местах!» В зал ворвались люди в погонах.

    – Мы даже не успели испугаться и продолжали играть, – вспоминает бас-гитарист «Браво» Андрей Конусов. – Милиционеры начали вырывать из наших рук гитары, а Жанка кричала в микрофон до последнего, пока его у неё не отобрали.

    – Зрители думали, что это постановочная часть шоу, тем более в зале было много нетрезвых людей, которые смеялись и что-то кричали. И когда милиционеры встали оцеплением между сценой и залом, многие поняли, что это уже серьёзно, – рассказывает Хавтан.

    Люди начали разбегаться врассыпную: выбегали в коридоры, выпрыгивали в окна, вышибали двери запасных выходов. Кого-то ловили и тащили в милицейские автобусы. А музыкантов отвезли в РОВД Бескудниково. Там проверили документы. Лишь у солистки «Браво» паспорта при себе не оказалось.

    В ментовке я видел школьную доску, на которой было написано «План операции «Концерт» – и был начертан план зала. Какие-то стрелки вели от входов к выходу. Задействованы были страшные силы! Но это того не стоило!

    – вспоминает администратор «Рок-лаборатории» Александр Агеев, который оказался среди зрителей и тоже был задержан.

    Читайте ещё:Джиган и Оксана Самойлова скинули 45 миллионов рублей, чтобы поскорее продать шикарный коттедж в посëлке Шато-Соверен на Новой Риге

    – В «хлебовозе» с Жанной сидел. Она как впала в шок, так в нём и оставалась. Зачем их повинтили?! Они спели семь песен своих: «Черный кот», «Желтые ботинки», «Медицинский институт»… А так как публика просила их петь ещё, они эти семь песен спели ещё раз. У них просто больше не было. Зачем концерт свинтили? Целое дело было, всех арестовали. И потом всем шили какую-то фигню. Все равно все сказали, что билет им достался бесплатно, через комсомольскую ячейку. Все знали, что нужно отвечать на этот вопрос: «Вот горком ВЛКСМ распределил эти билеты, нам сказали идти на молодежный концерт обязательно».

    Но, как предполагает Хавтан, кто-то испугался и заявил, что билеты на концерт всё-таки продавались. А это уже уголовная статья – «нетрудовые доходы»! В ночи всех отпустили, но музыкантам вручили повестки явиться на следующий день на Петровку, 38, где располагалось Главное управление МВД. За дело взялся ещё и идеологический отдел КГБ. Руководитель «Браво» вспоминал в своих мемуарах, что тогда он больше всего боялся обыска в квартире, где у него на тот момент хранилась трёхлитровая банка с анашой (друг попросил припрятать).

    – Раз шесть ходили на Петровку. Нас спрашивали, откуда тексты, «почему антисоветчину несёте в массы». А мы искренне не понимали, что значит антисоветчина! – смеется Конусов.

    Ещё в стадии допросов Евгения Хавтана отчислили из МИИТа, где он учился, барабанщика Павла Кузина уволили с работы, а саксофониста Александра Степаненко, который тогда учился в Музыкальном институте имени Гнесиных, приглашали к сотрудничеству с КГБ. На следующий после концерта день в управление МВД явились все музыканты, кроме Агузаровой. Она пропала. Девушку объявили в розыск и вскоре задержали на станции метро «Пушкинская». Оказалось, что паспорт у неё чужой, выписанный на имя некоего шведа Ивана Андерса. Откуда она взяла документ, неизвестно. Жанна просто изменила две буквы в имени. И вот тогда в коллективе узнали настоящие имя и фамилию своей солистки и то, что она никакая не студентка медицинского института, а учится на маляра в ПТУ в родной Тюменской области.

    Агузарову отправили в СИЗО Бутырской тюрьмы, а потом на обследование в Институт судебной психиатрии имени Сербского. Там её признали вменяемой и выслали на полтора года на принудительные работы учетчицей в леспромхоз Тюменской области.

    Все это время музыканты «Браво» ждали возвращения Агузаровой. Хавтан признается, что пробовал в этот период других солистов – мужчин, но все было не то. Когда в 1985 году Жанна вернулась в Москву, первый концерт группы с Агузаровой состоялся в… Министерстве иностранных дел. Это организовал молодой сотрудник аппарата МИД Алексей Митрофанов, впоследствии ставший известным политиком, членом ЛДПР. А уголовное дело на «Браво» вскоре прикрыли благодаря перестройке. Органам безопасности стало уже не до музыкантов.